ЛЕТО ПИОНЕРСКОЕ, ОЛИМПИЙСКОЕ. ИЮЛЬ 1980…

Ожидание этого события ощущалось задолго до его открытия. Подготовка к Олимпиаде шла стремительно и неустанно. Жители Москвы видели эти перемены день ото дня: магазины заполонили товары с олимпийской символикой, на проспекте Мира появился спортивный комплекс из огромного крытого стадиона и ультрасовременного бассейна. На Мичуринском проспекте был построен целый микрорайон – Олимпийская деревня. Его обещали отдать под жильё после окончания Олимпиады. В продовольственных магазинах к лету стали появляться дефицитные продукты в свободной продаже. В табачных киосках были замечены заморские сигареты, которые раньше видели только в иностранных фильмах. Жизнь налаживалась. Родителей вежливо предупредили, что их чад надо непременно отправить за город, на свежий воздух. Так и произошло: в то лето всех деток от 6 до 16 лет энергично отправляли к бабушкам в деревню или в подмосковные пионерлагеря. Вместо традиционных трёх смен сделали две. Постепенно Москву очистили от детей, приезжих и антисоциальных элементов. Всё было подготовлено к открытию Олимпиады.

Первый отряд пионерлагеря «Звёздочка» состоял из переростков 15-16 лет. Мальчишки обсуждали «Pink Floyd», «Nazareth», «Машину Времени», чемпионат СССР по футболу и итальянскую комедию «Сеньор Робинзон», а девочки – уже свои вполне оформившиеся груди, музыку в стиле «диско» и Михаила Боярского. Это было их последнее лето детства.

– Вагиз, ну как же так, – Серёга в отчаянии от промаха любимого игрока схватил табуретку и бросил её в «Темп». Телевизору повезло, предмет пролетел всего в нескольких сантиметрах от экрана. Пострадали только горшки с цветами – заботливо расставленные вдоль стены пионерской комнаты. В тот тёплый июльский вечер 1980 года мужская половина пионерлагеря была полна скорби, так как сборная СССР в полуфинале московской олимпиады нелепо проиграла футболистам ГДР со счётом 0:1. Вагиз Хидиятуллин в самом конце матча имел отличную возможность сравнять счёт, но удача прошла мимо. Футбольный турнир Олимпиады как вишенка на торте, все хотели повторения триумфа 1956 года, и это несмотря на шквал золотых, серебряных и бронзовых медалей советской сборной по другим дисциплинам. С первого дня Олимпиады пионерская комната переживала аншлаг, все стенания девочек по поводу просмотра художественных фильмов были игнорированы. Смотрели всё подряд: лёгкую атлетику, волейбол, бокс, гимнастику, борьбу, плавание. А как болели за нашего тяжеловеса-боксёра Петра Заева, когда он в финале проиграл легендарному кубинцу Теофило Стивенсону. Это разочарование было сравнимо только с поражением от футбольной сборной ГДР.

Cлишком много событий обрушилось на пионеров из первого отряда в этот день: это серьёзная подготовка к возможному выходу нашей сборной в финал Олимпиады и ожидание суровой мести деревенским, которые в последнее время повадились приходить в лагерь, задираться и приставать к девчонкам из первого отряда.

Вечерняя программа была намечена заранее. Вино покупалось в местном сельпо, до которого надо было идти по бетонке километров пять.
Добравшись до прилавка, инициативная группа пионеров выскребла всю мелочь из карманов и купила три бутылки плодово-ягодного.

Поливая проклятиями сборную ГДР по футболу, «Лучистое крепкое» было дружно распито на скамейке у пруда. Тайными тропами, дабы не попасться на глаза директору, компания подкралась к клубу и завалилась внутрь. До окончания танцев оставалось минут десять. Притаившись вдоль стен, шептались о чём-то важном девочки из первого и второго отрядов. Как обычно, в финале танцевальной программы радист Славик поставил «медляк» в исполнении «Песняров». Раздался треск заезженной пластинки, и полилась знакомая мелодия:

Не обижайте любимых упреками,

Бойтесь казаться любимым жестокими…

Деревенских в этот вечер подвалило человек десять, разного возраста: от 14 до 18 лет. Они легко определялись по наличию самопальных батников, сшитых из пёстрого ситца, и синим брюкам-клёш. Добрейший директор пионерлагеря Иван Фадеевич наивно разрешал им приходить на танцы, полагая, что это укрепляет смычку города и деревни. Но всё это было до поры до времени. Каждый раз сельская гопота пыталась задеть ребят из первого отряда и пионервожатых. Нормальная разъяснительная беседа никак не доходила до их сознания.

Под печальную песню белорусских менестрелей самый старший из деревенских решительно пригласил на танец Светку Коробкову. Девушке было почти шестнадцать, но выглядела она уверенно на все двадцать. Её выступающая грудь, откровенная мини-юбка и аромат духов «Может быть» всегда притягивали мужскую половину пионерлагеря «Звёздочка».

Медленно перетаптываясь в центре зала и щупая пионерку за разные места, пейзанин что-то нежно нашептывал ей на ушко. Через мгновение, Светка отвесила знатную пощечину деревенскому кавалеру и громко заявила на весь зал: « Ну, ты и урод!» Это был знак к действию. Сражение происходило уже за стенами клуба. Деревенские встали в круг и бодро отмахивались солдатскими ремнями. Ребята из первого отряда и несколько примкнувших к ним вожатых разломали деревянный штакетник и ринулись атаку. Вопли старшей пионервожатой и вызов наряда милиции спас пейзан от лютой расправы. Битва закончилась без жертв, и обошлась без серьёзных травм.

Из репродуктора клуба в вечернюю темноту лагеря неслось: «Ах, Арлекино, Арлекино…» Побитые деревенские в сопровождении милицейского мотоцикла уныло плелись по бетонке в сторону своей деревни. В следующий раз они появились в пионерлагере только  через неделю с предложением провести товарищеский матч по футболу.

© Александр Шаталин «Вилленыч», 2020

Эта статья подготовлена для вас в рамках проекта Министерств Спорта и Промышленности и торговли РФ —«Промышленность и Спорт». Учитесь у чемпионов!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Статьи на эту же тему